Первая книга кальвиновских Наставлений открывается рассмотрением основополагающей для христианского богословия проблемы Как мы можем что-нибудь узнать о Боге Кальвин подтверждает, что общие знания о Боге можно получить во всем творении - в человечестве, в естественном порядке, в самом историческом процессе. Выделяются два источника подобных знаний один субъективный и один объективный. Первым источником служит ощущение божества (sensus divinitatis) или семя религии (semen religionis), заложенное в каждого человека Богом. Бог наделил каждого человека каким-то внутренним предчувствием своего существования

Всемогущество Бога.

Каждому богослову рано или поздно задают вопрос, на который трудно ответить. Например, вот такой может ли Бог создать настолько большую гору, которую Он Сам будет не в силах передвинуть Этот вопрос на первый взгляд кажется неразрешимым. Если мы ответим на него положительно, значит, допустим, что существует нечто, чего Бог сделать не в состоянии Он не может сдвинуть с места гору

Термины Библия и Священное Писание по существу взаимозаменяемы. Оба используются для обозначения собрания текстов, признаваемых авторитетными для христианского мышления (хотя природа и степень этого авторитета продолжает вызывать споры). Следует подчеркнуть, что в христианстве Библия является не просто предметом формального академического изучения; она также читается и толкуется в ходе богослужения, а также служит предметом размышлений и благочестивых чувств каждого христианина.

По отношению к Священному Писанию часто используется определение каноническое

Доктрина о творении дает богословское основание понятию о естественном знании о Боге. Если Бог сотворил мир, то следует ожидать, что Его творение хранит на себе печать божественной работы. Точно так, как характерный стиль художника виден в его произведениях, в творении можно рассмотреть присутствие Бога. Однако, в какой же части творения Из всего многообразия ответов на этот вопрос, предлагаемых христианским богословием на всем протяжении своей истории, можно выделить три

Гонения, испытанные христианством в первые века его существования, наложили глубокий отпечаток на его мировоззрение и дух. Лица, претерпевшие за свою веру тюремное заключение и пытки (исповедники) или принявшие казнь (мученики), стали почитаться в христианстве как святые. Вообще идеал мученика становится в христианской этике центральным.

Шло время