Ответ: В современном обществе возникают гностические учения о том, что существуют два вида христианства: внешнее – экзотерическое и внутреннее – эзотерическое. Но надо сказать, что если бы действительно существовало какое-то «эзотерическое христианство», то христианство не было бы универсальным, не было бы всемирным, не было бы спасением для всех, а являлось бы только мистерией для посвященных философов, то есть тогда христианство было бы элитарно, было бы достоянием лишь особых аристократов духа.

Господь сказал: Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его (Мф. 11, 12), поэтому христианство требует борьбы с самим собой, борьбы с эгоизмом, борьбы с грехом. Здесь нужно подчинить свою волю бесконечно глубоким и в то же время бесконечно простым заповедям Иисуса Христа. Заповедям, которые может исполнить и ученый, и неграмотный, и ребенок, и старик. Христос пришел, чтобы спасти людей всех сословий, всех народов, всех наций, всех возрастов; все в Евангелии найдут путь ко спасению. Человек в интеллектуальном отношении может быть невежественным, но в духовном отношении стоять гораздо выше самого блестящего ученого или философа, если он подвигом очищает свое сердце, если он силой воли противостоит греху и страстям, если он уповает на Бога. Притом, что такое само эзотерическое учение, как его понимают? В виде языческих мистерий, в которых открываются какие-то тайны? Христианство имеет таинства, то есть действия Святаго Духа, но тайн как секретов христианство не имеет. Христианство открыто для всех, и каждый человек черпает из него соответственно своему духовному состоянию.

Если разделять верующих на «профанов» и «посвященных», то кто тогда «посвященные», что они должны знать? Некий особый знаковый язык, которым зашифрованы какие-то тайны и секреты? Тогда это повторение греха Адама, который тоже счел запретный плод символом, талисманом, овладев которым, он думал стать свободным властителем своего бытия, властителем вселенной – вторым богом – вне Бога.

Все эти так называемые посвящения сводятся к одному: путем каких-то внешних, «таинственных» знаний люди хотят не себя подчинить Богу, не приблизиться к Богу, а подчинить себе Бога, и поэтому такой вид элитарных посвящений есть иногда открытый, иногда замаскированный демонизм. Конечно, Священное Писание, обряды, ритуалы имеют свой символический язык, но символический язык как раз и нужен для того, чтобы раскрыть их в многогранном единстве и многоплановых аспектах. Духовное познание зависит от очищения сердца и стяжания благодати.

Кого можно считать «избранными», «посвященными»? Какие признаки нужны для этого? Изощренный интеллектуализм? Изощренный интеллектуализм существует и в восточных религиях, но при всем своем интеллектуализме представители их остаются язычниками-пантеистами. Какой еще признак этих посвящений? Интеллектуальный экстаз? Но интеллектуальный экстаз был у гностиков, у неоплатоников. Как раз учение Плотина и есть интеллектуальный экстаз, самосозерцание души; однако гностицизм остался язычеством и самым коварным противником христианства. Эмоциональная экзальтация? Это, в сущности, то же шаманство, только, может быть, в другой, более цивилизованной форме.

Кого же тогда пришел спасти Христос? Философов, мудрецов или все человечество? Христианство вошло в мир как религия народа. В христианских общинах в первое время больше было простолюдинов, больше бедных и рабов – тех, кто познал Христа через страдания, познал Христа своим сердцем, чем тех, кто отдавал главное место в религии своему плотскому разуму. Хотя среди христиан тогда были и выдающиеся философы, но они обладали особой умственной культурой, которая давала им способность видеть пределы и ограниченность человеческого разума.